Skip to content

Men killed in a race-based tragedyin California today

http://www.dailymail.co.uk/news/article-2294665/Marysville-Raceway-Park-crash-17-year-old-race-car-driver-struck-killed-teenage-cousin-elderly-man.html

Race car driver, 17, hits and kills his cousin, 14, and a 68-year-old man in tragic accident as car spins out of control

A sprint car driven by Chase Johnson hit his relative, Marcus Johnson, and Dale Wondergem Jr., 68, as they were on pit row at Marysville Raceway Park some 40 miles north of Sacramento, said Race track announcer Steven Blakesley.

Advertisements

Вся власть Советам!

<i>> «Что такое советская власть?»</i>

“<b>Вся власть Советам!</b>” – это был лозунг 1917-го года, требовавший передачи власти в России Советам народных депутатов (Советам рабочих и солдатских депутатов), состоявших из представителей социалистических партий: социал-демократов, социал-революционеров (эсэров) и большевиков. Пропагандистами идеи «власти Советов», как высшей формы демократии, первоначально были Парвус и Л. Д. Троцкий (лидеры Петербургского совета), меньшевики, эсэры-максималисты. В марте 1917 года в Петрограде оформляется режим двоевластия: с одной стороны, власть Госдумы и Временного правительства, с другой — власть Петросовета. Первоначально у руководства Петросовета, большинство которого составляли меньшевики и эсеры. В течение 1917 года было проведено два Всероссийских съезда Советов рабочих и солдатских депутатов, в их отсутствие высшим органом считался ВЦИК в составе 320 человек (из них <b>123 меньшевика, 119 эсеров, 58 большевиков, 13 объединённых социал-демократов, 7 представителей остальных партий</b>). Это число – 58 большевиков – свидетельствует о том, что, будучи неизвестной и неинтересной народу до этого партией, “большевики” сумели протащить довольно много своих выдвиженцев (почти 20%!) благодаря ораторким способностям Троцкого и ему подобных. Основной боевой опорой большевиков были Кроншта́дтское моряки, матросы Балтийского флота.

Прийдя к власти с помощью путча, в котором матросы сыграли ключевую роль, большевики скоро стали преследовать и уничтожать все остальные социалистические партии с целью установления в России своей дикатуры. 24 февраля 1921 года в Петрограде начались забастовки и митинги рабочих с политическими и экономическими требованиями. Петроградский комитет РКП(б) ввёл в городе военное положение, арестовав рабочих активистов. Эти события послужили толчком к восстанию гарнизона Кронштадта.

28 февраля 1921 года состоялось собрание команд линкоров «Севастополь» и «Петропавловск», на котором была принята <b>резолюция с требованиями провести перевыборы Советов, упразднить комиссаров, предоставить свободу деятельности социалистическим партиям, разрешить свободную торговлю</b>[4]. 1 марта 1921 года на Якорной площади Кронштадта состоялся 15-тысячный митинг под лозунгами «<b>Власть Советам, а не партиям</b>!».

Кронштадтцы добивались открытых и гласных переговоров с властями, однако позиция последних с самого начала событий была однозначной: никаких переговоров или компромиссов, мятежники должны сложить оружие безо всяких условий. Парламентёров, которые направлялись восставшими, арестовывали — так, делегация кронштадтцев, прибывшая в Петроград для разъяснения требований матросов, солдат и рабочих крепости, была арестована[1]. Восставшие были объявлены «вне закона». Последовали репрессии в отношении родственников руководителей восстания. Их брали в качестве заложников. Вместе с ними были арестованы и сосланы в Архангельскую губернию все их родственники, в том числе и дальние. Брать заложников продолжали и после того, как Кронштадт пал. Арестовывали родственников руководителей ВРК и военных специалистов, которые ушли из Кронштадта в Финляндию[1].

<b>Итоги восстания.</b>

Началась жестокая расправа[1] не только над теми, кто держал в руках оружие, но и над населением, поскольку все жители мятежного города считались виновными[1]. К высшей мере наказания были приговорены 2103 человека и к различным срокам наказания 6459 человек. С весны 1922 началось массовое выселение жителей Кронштадта с острова. В течение последующих лет оставшиеся в живых участники кронштадтских событий позднее неоднократно вновь были репрессированы[1]. В 1990-х годах — реабилитированы.[14]

С тех времен, политическая система стал однопартийной, выбираться в советы могли только лишь кандидаты, назначенные компартией. Выбор состоял из одного кандидата.

Однако коммунисты взяли термин “Советы” в заложники и стали называть свою власть “советской”, так же как нацисты называли себя национал-<b>социалистами</b> несмотря на свою ультра-правую идеологию.

 

The military–industrial–congressional complex

http://en.wikipedia.org/wiki/Military%E2%80%93industrial_complex

Military–industrial complex, or military–industrial–congressional complex,[1] is a concept commonly used to refer to policy and monetary relationships between legislators, national armed forces, and the military industrial base that supports them. These relationships include political contributions, political approval for military spending, lobbying to support bureaucracies, and oversight of the industry. It is a type of iron triangle. The term is most often used in reference to the system behind the military of the United States, where it gained popularity after its use in the farewell address of President Dwight D. Eisenhower on January 17, 1961,[2] though the term is applicable to any country with a similarly developed infrastructure.[3][4]

The term is sometimes used more broadly to include the entire network of contracts and flows of money and resources among individuals as well as corporations and institutions of the defense contractors, The Pentagon, the Congress and executive branch. This sector is intrinsically prone to principal–agent problem, moral hazard, and rent seeking. Cases of political corruption have also surfaced with regularity. A parallel system is that of the Military–industrial–media complex, along with the more distant Politico-media complex and Prison–industrial complex.

A similar thesis was originally expressed by Daniel Guérin, in his 1936 book Fascism and Big Business, about the fascist government support to heavy industry. It can be defined as, “an informal and changing coalition of groups with vested psychological, moral, and material interests in the continuous development and maintenance of high levels of weaponry, in preservation of colonial markets and in military-strategic conceptions of internal affairs.”[5] An exhibit of the trend was made in Franz Leopold Neumann‘s book Behemoth: The Structure and Practice of National Socialism in 1942, a study of how Nazism came into a position of power in a democratic state.

Это что за нахер торт?

Mop After Yourself!

Samson Slaying The Belgian Pissing Boy

На лжи-Владимире и шапка Монамаха горит!

<img src=”http://sphotos-b.xx.fbcdn.net/hphotos-ash3/s480x480/551012_3543449354867_1437491280_n.jpg&#8221; alt=”” />

Aside

 

 

a

 

ss